Только лучшие рефераты рунета    
 
 

Партнеры:



 
 






План:

1. Вступительное слово - Шалашная В.М., преподаватель;

2. Философские идеи П.Я.Чаадаева - Зиятдинова С., студентка 112 группы;

3. Свобода и личность в русской философии - Амеличкина Е., студентка 113 группы;

4. Идея всеединства философского учения Вл. Соловьёва - Дёмкина А., студентка 112 группы;

5. Е. Трубецкой о смысле истории - Капитонова С., студентка 112 группы;

6. К. Леонтьев об исторической судьбе России - Кувшинова Н., студентка 112 группы;

7. Проблема творчества в учении Н. Бердяева - Скобелкина Л., студентка 111 группы;

8. И. Ильин о самобытности русской культуры - Андрианова Т., студентка 112 группы;

9. Л.Н. Толстой о смысле свободы и необходимости - Белолипецкая Е., студентка 111 группы.

Основные философские идеи П.Я. Чаадаева

(Зиятдинова С., студентка 112 гр.)

П. Я Чаадаев родился в 1794 году, 27 мая, в Москве, в семье отставного полковника Якова Петровича Чаадаева. С 1808 по 1811 Пётр учился в Московском университете. 12 мая 1812 года зачислен подпрапорщиком в лейб-гвардии Семёновский полк. В 1812 (июнь) по 1814 (март) в составе Семёновского, а затем Ахтырского гусарского полка участвует в Отечественной войне и в заграничных походах русской армии. В 1812 году приказом по Семёновскому полку Чаадаев произведён в прапорщики. В 1816 году (апрель) переведён корнетом в лейб-гвардии Гусарский полк, квартировавшийся в Царском Селе. В июне - июле Чаадаев знакомится с Пушкиным в доме Карамзина. В августе Чаадаев произведён в поручики. В 1817 (декабрь) переезжает в Петербург и назначается адъютантом к  командиру гвардейского корпуса И.В. Васильчикову. В 1819 году получает звание ротмистра. В 1821 году выходит в отставку. В 1828 - 1830 годах работает над циклом “Философских писем”. В 1856 году 14 апреля Чаадаев скончался.

Долгое время Чаадаев находился в состоянии углублённого поиска и создания нового единства собственной личности и мысли. Большое значение в его творчестве имело знакомство с двумя молодыми женщинами - Авдотьей Сергеевной Норовой и Екатериной Дмитриевной Пановой.

Норова происходила из старинной дворянской семьи и получила типичное для того времени домашнее образование. В сельской глуши, как и в присутствии “белой публики”, Пётр Яковлевич не терял ни праздничности одежды, ни важности осанки, ни блистательности ума. Обаянием его личности и беседы и была увлечена, вернее, покорена Дуня Норова, в лице которой Чаадаев находит по началу едва ли не единственную слушательницу, с молчаливым благоговением внимавшую его умным речам. Своеобразные отношения Чаадаева с женщинами весьма важны для понимания его характера и философии.

В природной женской пассивности и сердечной предрасположенности к самоотречению Чаадаев видит залог развития необходимой для подлинного творчества способности покоряться “верховной воле”.

Предрасположенность женского сердца к самоотречению Пётр Яковлевич ощущает как точку приложения сил, ведущих к последней степени совершенства человеческого. Авдотья Сергеевна оказалась первой в числе тех женщин, которых Пётр Яковлевич пытался “обратить” и направить их искреннюю религиозность к “совершенству”. Петра Яковлевича настораживали полные робкой и нежной застенчивости взгляды вразумляемой им женщины, что не входило в расчёт возложенной им на себя миссии “пророка” и “сеятеля” взыскуемого “царства истины”. Одновременно эта миссия позволяла Чаадаеву сохранять необходимую дистанцию, сокращение которой налагало бы на него непривычные обязательства и посягало бы на его независимость и свободу.

Такое же сложное сочетание чувств у Петра Яковлевича проявляется и в его взаимоотношениях с другой соседкой - Екатериной Дмитриевной Пановой. В пору знакомства с Петром Яковлевичем ей было 23 года. Вот уже 5 лет, как она вышла замуж, но детей не имела. Они встретились нечаянно. Чаадаев увидел существо, томившееся пустотой окружавшей среды, бессознательно понимавшее, что жизнь его чем-то извращена, инстинктивно искавшее выхода из заколдованного круга душившей его среды. Чаадаев не мог не принять участия в этой женщине; он был увлечён непреодолимым желанием подать ей руку помощи, объяснить ей, чего именно ей недоставало, к чему она невольно стремилась, не определяя себе точной цели. Между ними завязалась переписка.

Чтобы систематизировать свои воззрения на бумаге, Чаадаев совершенно уединяется от общества. Сидит один в заперти, читая и толкуя по-своему Библию и отцов церкви. Реальные и мнимые заболевания заставляют его совмещать воплощение философского замысла с тщательным изучением медицинской литературы. В заботах о здоровье и путях материализации своей мысли Пётр Яковлевич предался некоторого рода отчаянию. Человек света и общества по преимуществу, сделался одиноким, угрюмым, нелюдимым... Уже грозили помешательством его разуму...

В таком состоянии Чаадаев получает послание послужившее внешним формообразующим толчком для систематизации его философии. В очередной раз писала Панова, печалясь по поводу потери его благорасположения и делясь с ним своими затруднениями. Обдумывая ответное послание и набрасывая первые его строки Чаадаев не мог сдержать наплыва мыслей, которых метаморфозы собственного сознания и душевного неустройства Пановой, различные общественно-исторические ситуации и мировые цели перекликаются и просматриваются друг через друга. Всё это подсказывает ему искомый жанр выражения накопившихся проблем, соответствующий не только духовному своеобразию адресату, но  и по характеру его философии, её широкому предназначению. Теперь начальные строки переделываются, привлекается дополнительный материал и личное письмо в процессе работы превращается в знаменитое первое философское письмо.

“...необходимо постараться безбоязненно и самоотверженно отдаваться сердечным движениям, пробуждаемым религиозным чувством. Чтобы сохранить и закрепить эти движения, следует упражняться в покорном служении богу, т.е. строго соблюдать все церковные обряды, внушённые высшим разумом и обладающие животворной силой. надо также и в повседневности сохранять их дух. Однако осуществлению подобных намерений мешает “печальный порядок вещей”, отсутствие в повседневной русской действительности “необходимой рамки жизни, в которой естественно размещаются все события дня” и которая нужна для нравственного здоровья, как чистый воздух для здоровья физического. Речь идёт не о каких-то моральных принципах или философских истинах, а “просто о благоустроенной жизни, о тех привычках и навыках сознания, которые сообщают непринужденность уму и вносят праведность в повседневную жизнь человека”. Без убеждений же и правил в повседневном обиходе незаметно переходит он от личных проблем к социальным, не созревают семена добра и в русском обществе, где нет развития элементарных идей долга, справедливости, права, порядка и никто не имеет “определённой сферы существования”. Идеи, связанные с таинственным смыслом исторического процесса, с ролью России в судьбах всего человечества занимают центральное место в его мыслительной деятельности и составляют главный стержень первого философского письма. Во втором философском письме, говоря о пралелезации материального и духовного миров, о путях и средствах познания природы и человека, о пространстве, времени, движении, он разворачивает философские и научные доказательства своей главной идеи: “В человеческом духе нет никакой иной истины, кроме той, которую своей рукой вложил в него бог, когда извлекал его из бытия”.

Значительная часть третьего философского письма посвящена рассмотрению подчинения человеческого жизенепонимания высшему началу, внешней силе, своеобразию обнаруживающей своё проявление и в физическом и в нравственном мире.

В четвёртом философском письме, переходя к анализу движения физических тел, Чаадаев заключат, что неумолимая логика заставляет говорить о нём как о следствии находящегося вовне источника. А поскольку движение является всеобщей формой существования любых явлений в мире, то движение умственное и нравственное также имеет внешний побудитель.

В пятом философском письме автор как бы подводит итог рассмотрению единства духовного и материального порядка бытия.

В шестом и седьмом философских письмах речь идёт о движении и направлении исторического процесса.

В восьмом, и последнем, философическом письме, отчасти носящем методологический характер, автор заключает: “Истинна едина: царство божие, небо на земле, все евангельские обетования - всё это не иное что, как прозрение и осуществление соединений всех мыслей человечества в единой мысли; и эта единая мысль есть мысль самого бога, иначе говоря - осуществленный нравственный закон.”

Удалившись от московского общества в 1828 по 1830 годах, Чаадаев в основном завершил работу над циклом философских писем, что явилось для него событием огромного значения, дающем сознание личной полноты и твёрдости нового социального качества и способным вывести из тяжёлого кризиса.

Список использовавшейся литературы:

1. Тарасов Б.Н. “Чаадаев” - М.: Молодая гвардия, 1986 г.

2. Фролова И.Т. “Философский словарь” - М.: Политиздат, 1986 г.


“Свобода и личность в русской философии”

(Амеличкина Е., студентка 113 гр.)

Проблема личности - одна из главных теоретических проблем в истории русской философии. Всесторонне её исследование является важной национальной особенностью философской мысли. Проблема личности концентрирует в себе основные вопросы политической, правовой, нравственной, религиозной, социальной и эстетической жизни и мысли.

Место личности в обществе, условия её свободы, структура личности, её творческая реализация представляет собой целостный процесс развития идей.

Тема проблемы личности проходит в тех или иных формах через многие этапы истории русской философской мысли. Однако наиболее интенсивно эта проблема разрабатывалась в XIX - начале XX века в различных изданиях, которые отличались богатством содержания.

Славянофилы утверждали, что подлинная свобода личности возможна лишь на основе признания религии высшей ступенью духовной жизни. Отвергая, рационализм и материализм, они отстаивали бога в человеке. Постановка вопроса о внутренней духовной свободе человека была несомненной заслугой философов-славянофилов.

Славянофилы выступали против личной собственности правового государства. Они считали, что род, семья, община, социальные связи, являются наилучшей средой для существования личности. Всем формам внешней свободы - политической, правовой, экономической, они противопоставляли внутреннюю свободу личности, основанную на ценностях внутреннего мир, освещённых религией.

Чернышевский и Добролюбов подняли эту проблему на новую ступень. От абстрактной человеческой природы они перешли к пониманию личности как субъекта социально-политической деятельности.

Они утверждали социальную активность, утверждали единство слова и дела. Человек превращается в личность в процессе борьбы против сил, препятствующих прогрессу, против рабства и пустой мечтательности.

Чернышевскаий разработал идею “Разумного эгоизма”. Его суть: протест против фальши и лицемерия, против индивидуального эгоизма, против насилия над личностью, но “за” разумное сочетание интересов личности и общества, за единство сознания и поведения.

Иначе к разработке проблемы личности подошёл Владимир Соловъёв. Он анализировал человека в масштабах глобальных, космических, его понимание вносило гуманистический характер. Его исследования сущности добра, стыда, единства познания, нравственности, эстетики, обогатили мировую философскую мысль.

Следует отметить, что Соловъёв в работе “Оправдания добра” объявлял социализм несостоятельным именно с точки зрения ценностей.

Он утверждал, что социализм, отрицая высшее начало, т.е. бога, “ограничивает и унижает человека”.

Проблема свободы личности, которой русские философы посвятили столько ярких страниц, приобрела в современном мире особое значение, она становится объектом не только политических деклараций, но и теоретических изысканий. Одним из них является либерализм. Российский либерализм выражается социальным строем, который многие люди представляли себе как движение общества к гражданскому и правовому государству, где все равны перед законом, где интересы личности выше интересов государства, где хорошие условия труда и жизни.

Глубину идеи русского либерализма демонстрирует работа одного из ведущих представителей русской социально-философской мысли Петра Струве.

В трудах Струве нашло свой продолжение позиция либерального консерватизма к которому он относит таких людей, как Екатерина II, Карамзин и Вяземский, Александр Пушкин.

Струве считал, что главная сущность тех или иных учений - это отношение “к двум основным проблемам культурного и государственного развития России: проблеме свободы и власти”. Таким образом, сплетаются две тенденции - полная свобода личности и в тоже время поиск границ этой свободы. Классическим выражением либерального консерватизма Струве считал творчество А.С. Пушкина, в котором Струве увидел сочетание как любви к свободе, так и любви к власти.

Прётр Струве развивал идеи “Великой России”. При этом он опирался и на историческое прошлое страны, и на живые культурные традиции.

Познание государства важнейшим фактором прогресса страны логически вело к утверждению роли права. Именно по этому Струве выступал против произвола и разрушительной анархии.

В 20-е годы в статье “Наши люди” Струве выступил против революции, так и против надежд на реставрацию царизма. Он писал: “России нужно возрождение, а не реставрация. Возрождение всеобъемлюще, проникнутое идеями нации и отечества, свободы и собственности и в то же время свободное от духа и духов корысти и мести”.

Только укрепление конституционных начал государства, установление твёрдых законов, создание общества, основанного на прочных правовых принципах, способных предотвратить любые эксцессы, любые формы разрушительного действия анархической массы, умело направляемой теми, кто стремится к власти.

Пётр Струве был убеждён в необходимости не только эволюционных изменений на основе строгой законности, но и в возможности разнообразных компромиссов с обеих сторон.

Революцию 1917 года Струве назвал всероссийской катастрофой, ответственность за которую несёт неповоротливая власть, радикальная и либеральная интеллигенция.

Вполне закономерно, что Струве пришёл к оценке русской революции 1917 года как “национального несчастья”, культурного, социального и политического крушения. Он признавал влияние марксизма на общественное сознание, но сама теория не может служить источником гигантских исторических перемен.

Таким образом, мыслители XIX - начала XX века стремились утвердить в российском обществе идеи просвещения и уважения к правовым нормам, уважение к личности.


“Идея всеединства философского учения Вл. Соловьёва”

(Дёмкина А., студентка 112 гр.)

Самой яркой фигурой в русской философии второй половины XIX века был Владимир Сергеевич Соловьёв.

Он с самого начала своего философского творчества был необычно самостоятельным. Соловьёв обладал редкой способностью быстро освоить, изучить значительное число источников, в том числе и древних авторов, а за тем очень критично и обстоятельно их проанализировать. Огромное влияние на мировоззрение Соловьёва оказали труды Платона. Известно, что он даже предпринял попытку перевести все диалоги Платона на русский язык и только смерть помешала ему довести это дело до конца.

Владимир Соловьёв высоко ценил идеализм Платона, его идеальное мировоззрение, но считал, что одними идеями преобразовать жизнь невозможно. А потому, идея должна быть воплощена материально, не потеряв своего смысла. Соловьёв считал, что стать действительным сверхчеловеком только силой ума и гениальности невозможно.

Соловьёв, создавая свою философскую систему, обращался к трудам и других европейских философов. В частности к Шеллингу, Канту, Гегелю. Также как и эти немецкие философы, он высоко ценил человеческий разум, но по ряду принципиальных вопросов расходился с ними. Главное принципиальное различие заключалось уже в том, что Владимир Соловьёв с начала и до конца ориентировался на христианское богословие, в то время как немецкие философы в той или иной мере отходили от христианства.

По своему мировоззрению он был всесторонним учёным, то есть в своих теоретических трудах он выступал не только как философ, но и старался представить цельное, синтетическое знание.

Соловьёв глубоко знал не только теологию, но и хорошо знал художественную литературу. Он считается выдающимся публицистом и художественным критиком.

Таким образом, философ Владимир Соловьёв выступает как многосторонний исследователь. Важное место в его философском творчестве занимает учение о Софии и о Богочеловечестве. Его сочинения “Чтения о Богочеловечестве” позволяют уяснить представления Соловьёва о смысле жизни и о смысле исторического процесса.

Центральная идея философии Соловьёва - идея всеединства. Основной принцип всеединства: “Всё едино в Боге”. Бог у Соловьёва - обсолютная личность: любящая, милостивая, волевая, которая обеспечивает материальное и духовное единство мира. Философ характеризует Бога как “космический разум”, “существо сверхличное”, “особую организующую силу, действующую в мире”.

Соловьёв был сторонником диалектического подхода к действительности. По его мнению, действительность нельзя рассматривать в застывших формах. Самый общий признак всего живущего состоит в последовательности изменений. Непосредственным субъектом всех изменений в мире выступает у Соловьёва мировая душа, обладающая особой энергией, которая одухотворяет всё существующее. Однако, деятельность мировой души нуждается в божественном импульсе. Этот импульс проявляется в том, что Бог даёт мировой душе идею всеединство как определяющую форму всей его деятельности. Эта вечная божественная идея в системе Соловьёва получила название Софии - мудрости. Основой и существом мира является “душа мира” - София, которую следует рассматривать как связующее звено между творцом и творением, придающее общность Богу, миру и человечеству.

Механизм сближения Бога, мира и человечества раскрывается в философском учении Соловьёва через концепцию богочеловечества. реальным и совершенным воплощением богочеловечества, по Соловьёву, выступает Иисус Христос, являющийся, согласно христианскому догмату, и полным богом, и полным человеком. Его образ служит не только идеалом, к которому должен стремиться каждый индивидуум, но и высшей целью развития всего исторического процесса.

На этой цели базируется соловьёвская историософия. Целью и смыслом всего исторического процесса является одухотворение человечества, соединение человека с Богом, воплощение богочеловечества. Недостаточно, считает Соловьёв, чтобы совпадение божественного с человеческим произошло только в лице Иисуса Христа. Необходимо, чтобы соединение состоялось реально - практически и при том, не в отдельных людях (в “святых”), а в масштабах всего человечества. Первичным условием на пути к богочеловечеству является принятие вероучения христианства. Христос открыл человеку всеобщие моральные ценности, создал условия для его нравственного совершенствования. Приобщаясь к учению Христа человек идёт по пути своего одухотворения. Этот процесс занимает весь исторический период жизни человечества. Человечество придёт к торжеству мира и справедливости, правды и добродетели, когда его объединяющим началом станет воплощённый в человеке Бог, переместившийся из центра вечности в центр исторического процесса. Общественное устройство предполагает, с точки зрения Соловьёва, единство “вселенской церкви” и монархического господства, слияние которых должно привести к образованию “свободной теократии”. В гносеологическом аспекте принцип всеединства реализуется через концепцию цельного знания, представляющую собой неразрывную взаимосвязь трёх разновидностей этого знания: имперического (научного), рационального (философского) и мистического (созерцательно-религиозного). В качестве предпосылки, основополагающего принципа цельное знание предполагает веру в существование абсолютного начала - Бога.

В утверждении Соловьёва об истинном знании как синтезе имперического, рационального и мистического познания является основанием для вывода о необходимости единства науки, философии и религии. Подобное единство, которое он называет “свободной теософией” позволяет рассматривать мир как завершённую систему, обусловленную всеединством или Богом.

Список использовавшейся литературы:

1. Радудин А.А. “Философия”, курс лекций, издательство “Центр” 1996 г.

2. Немировская Л.З. “Философия”, 1996г.


“Е. Трубецкой о смысле истории”

(Капитонова С., студентка 112 гр.)

Евгений Николаевич Трубецкой разрабатывал проблемы философии права, теории познания, христианской этики и эстетики, антропологии.

Важное место в философском учении Евгения Трубецкого занимают рассуждения об историческом процессе. Он считал, что в начале XX века всемирная цивилизация стояла на пороге глобального кризиса. Черты надвигающейся катастрофы он видел прежде всего по моральности современного государства, которая отражает коллективный эгоизм политиков, предпринимателей, классов и даже целых наций.

Человеческое общество превращается в усовершенствованного зверя. Главной причиной этого процесса Трубецкой считал влияние на общество и мораль индустриализации, которая разрушает законы божеские и человеческие.

Трубецкой пытался найти ответ на вопросы: может ли наша вера в смысл жизни выдержать адский вихрь всеобщего разрушения, когда весь мир охвачен зловещим заревом пожара мировой войны и революции? На эту тему Е. Трубецкой рассуждает в одном из главных своих трудов, который называется “Смысл жизни”. Эту книгу философ написал в трудные дни 1918 года. Он говорит, что господство зла в мире проявляется в форме всеобщей войны между людьми. И хотя факт самой войны - явление древнее как мир, но мировая война - новый и необычный факт в истории человечества. В России же война, получив дальнейшее развитие, стала всеобщею в другом смысле, перешла в войну всех против всех, т.е. в гражданскую. Воюют классы, партии и даже отдельные лица. “И словно самой Родины нет больше, - есть только враждующие между собой...хищные волки, которые рвут друг друга на части или собираются в стаи, что бы вместе нападать на одиноких...”

В дни мировой войны в сознании русского народа произошли серьёзные перемены. Все прониклись мыслью, что в интересах коллективных, национальных всё дозволено. В результате расшатались все нравственные устои. В жизнь и личность человека утратили свою ценность. “Удобно “приколоть” сдавшегося в плен врага, чтобы развязать себе руки, не возиться с ним, - разве не соблазнительная возможность оправдать это удобство соображениями всеобщей безопасности?...” Таким образом, личный эгоизм стал совпадать с эгоизмом коллективным. Утвердилось практическое Безбожие.

В результате народ потерял доверие к своим старым руководителям и поверил тем, кто говорил об обмане и предательстве правящих классов. Большевики коллективному эгоизму нации противопоставили коллективный эгоизм класса. Они объясняли народу, что существует только две нации: простой народ и имущие классы, его заклятые враги.

Народ поверил. И война переменила фронт, обратилась внутрь: из мировой стала гражданской. Революция, которая началась с военного бунта, перенесла мораль войны на общественные отношения. Всеобщая война - это тёмный сатанический облик мировой жизни, который проявляется в массовом озверении, глумлении над человеком, гонении против церкви, христианской морали.

Трубецкой ищет причину гонения Советской власти на церковь и приходит к выводу, что причиной гонения является особая роль церкви в обществе. Церковь своим существование олицетворяет осуждение кровавого хаоса братоубийственной войны. Церковь ненавистна, потому что она воспрещает людям глотать друг друга.

Как религиозный философ Трубецкой видит смысл жизни в противодействии этому всеобщему злу, в деятельной любви к Богу. Он предлагает с обнищанием человеческого общества, заботиться о нравственном росте личности. При этом он говорит не только о возвышении, стремлении к богу как к конечному результату, но и о признании относительных ценностей и положительного  отношения к ним, поскольку Бог есть смысл и всего относительного, временного. Таким образом, все элементы культуры, обречённые на исчезновение и вечные ценности, очень важны.

Общественный катастрофы (войны, революции) не должны привести людей к бездеятельности, напротив, жизнь должна постоянно развиваться. Нужно укреплять порядок в государстве, заботиться о близких и нуждающихся в помощи. Надо не потерять в повседневной жизни культуру быта и отношений. Испытания должны нравственно закалять личность.

Трубецкой критически относится к популярным в те годы идеям о близком конце света. Он говорит, что конец мира, это не простые прекращения мирового процесса, а достижения главной его цели, главного смысла - создания Богочеловечества. Богочеловечество, которому, Трубецкой считал, мир придёт в ходе трудных испытаний и нравственного совершенствования, - это не только величайшее чудо божье, но, вместе с тем, проявление высшей энергии человеческого естества.

Биографическая справка.

Евгений Николаевич Трубецкой (1863 - 1920) - князь, русский религиозный философ, правовед, общественный деятель. Он был близкий другом В. Соловьёва, хотя был моложе его.  Е.Н. Трубецкой продолжал дело Соловьёва, разрабатывая православное религиозное философское мировоззрение.

Е. Трубецкой учился в классической гимназии в Москве, воспитывался в окружении высококультурных людей. С 12-ти летнего возраста он проникся страстью к музыке, особенно классической, Гайдн, Моцарт, Бетховен, а позднее русских композиторов - Бородина, Мусоргского, Римского-Корсокова... Во время русско-турецкой войны, вспыхнувшей в 1877 году, Трубецкой был сторонником идеи России как великой нации. Будучи ещё в гимназии, Трубецкой, подобно Соловьёву и другим русским молодым людям своего времени, преодолел духовный кризис, выразившийся в отрицании всех традиций прошлого. Он утратил веру в Бога и увлёкся позитивизмом. Позитивизм - философская концепция, сторонники которой стремились к достижению положительного, позитивного знания, необходимого человеку. Позднее Трубецкой приступил к более серьёзному изучению философии. Вскоре он отрёкся от позитивизма и перешёл к скептицизму, который стал для него источником новых мучений. Скептицизм - это философская концепция сторонники которой либо сомневаются в возможности познания действительности, либо, не сомневаясь в этом, останавливаются на отрицательном результате. Хотя Е. Трубецкой, например, ясно осознал, что бесчестные поступки недопустимы, тем не менее его разум был бессилен привести какой либо убедительный довод в пользу бескорыстного поведения. Он преодолел кризис лишь тогда, когда страстно увлёкся философией Шопенгауэра. Е. Трубецкой начал понимать, что пессимизм был неизбежным следствием отрицания абсолютно правильных принципов, управляющих миром. Тогда он встал перед альтернативой: “Или есть Бог, или не стоит жить”. Сердце Трубецкого признавало Бога, а ум отвергал его. Преодолев подобную двойственность, Е. Трубецкой почувствовал возвращение цельности своего человеческого существа. Он вернулся в лоно православной церкви и ещё более стал интересоваться проблемами русского национального духа.

В 1886 году он встретился с В. Соловьёвым и с тех пор стал его близким другом. Трубецкой был профессором философии права сначала в Киеве, а затем в Москве. Он был деятельным публицистом и отстаивал идею независимости церкви от государства. Как политик, он выступал против реакционных сил, стремившихся “заморозить” Россию, и против революционеров, которые, по его словам, “поставили перед собой задачу перевернуть всё вверх дном”. В памфлете “Два зверя” он называет эти силы двумя зверями апокалипсиса и показывает, что пасть красного зверя и когти чёрного зверя одинокого опасны.

В 1910 году Е. Трубецкой основывает издательство “Путь”, где печатает сочинения выдающихся русских религиозных философов. С 1918 года в Новороссийске поддерживает Белое движение и в 1920 году в Новороссийске же умирает от тифа.

Его основные работы: “Мировоззрение блаженного Августина”, 1892; “Миросозерцание папы Григория VII и публицистов - его современников”, 1897; “Миросозерцание В. Соловьёва”, 1912; “Метафизические предположение познания”, 1917; “Смысл жизни”, 1918, а так же две его замечательные брошюры о русской иконографии - “Два мира в древнерусской иконописи” и “Умозрение в красках”.

Список использовавшейся литературы:

1. Трубецкой Е.Н. “Смысл жизни. Антология”, М., 1994;

2. Лосский  Н.О. “История русской философии”, М., 1991;

3. Жаров Л.В., Золотухина Е.В. “Современная философия: словарь и хрестоматия.”, Ростов-на-Дону, 1996.


“К. Леонтьев об исторической судьбе России”

(Кувшинова Н., студентка 112 гр.)

Константин Николаевич Леонтьев (1831 - 1891) родился 25 января в Калужской губернии. Решающее влияние на судьбу будущего писателя и философа оказала мать, которую отличала глубокая религиозность и твёрдые монархические убеждения. Учась в Московском университете, он начал писать. Первые сочинения Леонтьева были высоко оценены И.С. Тургеневым. Константин Леонтьев сделал отличную карьеру, он занимал должность консула в европейских владениях в Турции, был цензором, врачом, участвовал в Крымской войне. Но он пожертвовал своей карьерой ради своих сочинений. В конце концов он оставил должность и удалился в монастырь, где принял тайный постриг под именем Климента. Прожил он в монастыре не долго и в 1891 году Леонтьев умер.

Ещё при жизни творчество Леонтьева вызывало жаркие споры. Так как его философия шла в разрез и с философией западников и с философией славянофилов. Леонтьева считали последователем Н.Я. Данилевского. Но нельзя это утверждать, так как взгляды Леонтьева сложились ещё до встречи с Данилевским. А в последствии К.Н. Леонтьев разошёлся с Данилевским по вопросу на тему, что является основой всякой культуры и государства. Данилевский считает, что основой является “племя”, а Леонтьев полагал, что племенной принцип бессодержателен для России, так как славяне поражены “вирусом” западного европейского буржуазного эголитаризма. При этом Леонтьев считал, что Россия сможет освободиться от этого “вируса”. По мнению Леонтьева, Россия - особый культурно-исторический тип, который должен будет сменить романо-германский. Исходя из этого Леонтьев видел два выхода из сложившейся в России ситуации: либо Россия должна подражать европейской цивилизации и перенять опыт “старо-британского личного свободолюбия” с примесью плоского французского равноправия, либо отстаивать своё национальное своеобычие, пропитанное древне-православным духом. Леонтьев тяготил ко второму варианту. И вывел культурно-политический идеал государства, каким должна была бы стать Россия. Он считал, что “государство должно быть крепким, сословным и свирепым, церковь - независимой, быт русского народа должен быть национальным и обособленным от Запада.”

 

Следующая страница



 
     
 

2021 © Copyright, Abcreferats.ru
E-mail:

 

Яндекс.Метрика